Это началось не с тебя. Как мы наследуем негативные сценарии нашей семьи и как остановить их влияние
Марк Уолинн, 2016
Двадцатилетний Джесси перестал спать после девятнадцатого дня рождения: просыпался в 3:30, замерзал и боялся больше не проснуться. Разгадка нашлась в судьбе дяди, которого он никогда не видел. Марк Уолинн показывает, как беды родителей, бабушек и дедушек могут жить в потомках, и учит искать их по словам, которыми человек описывает свой самый сильный страх.
Кому подойдёт
Для тех, кто годами живёт с тревогой, страхом или неудачами, которые повторяются снова и снова, и не находит им причины в собственной жизни. И для всех, кому интересно, что мы получаем от семьи, кроме цвета глаз.
Когда собственные страдания ставят нас в тупик, нужно спросить себя: чьи чувства я на самом деле переживаю?
Слепота, которая отправила его домой
В тридцать четыре года Марк Уолинн начал слепнуть. Однажды прямо в офисе на него опустилась темнота, а в следующие недели левый глаз стал видеть всё хуже, и лица прохожих превратились в серую пелену. Врачи поставили диагноз: центральная серозная ретинопатия. Причина неизвестна, лечения нет. В голове крутились одни и те же слова: одинокий, беспомощный, раздавленный.
Он оставил бизнес и уехал в Юго-Восточную Азию. Три года медитировал, постился, переезжал от учителя к учителю. Однажды, отстояв долгую очередь к духовному наставнику, он услышал совсем не то, чего ждал: «Езжай домой. И позвони матери и отцу». Он разозлился, но другой учитель потом сказал ему почти то же самое.
Дома мать между делом вспомнила, что, когда ему было около двух лет, её на три недели положили в больницу. С тех пор её объятия казались ему капканом. А трое из его бабушек и дедушек рано потеряли матерей. Слова «одинокий» и «беспомощный» оказались старше его самого. По словам автора, когда он помирился с родителями, зрение постепенно вернулось, хотя офтальмолог до сих пор не понимает, как он видит с такими рубцами на сетчатке.
Больше двадцати лет Уолинн работает с людьми, которым не помогли годы лечения депрессии, тревоги, фобий и бессонницы. Он учился у немецкого психотерапевта Берта Хеллингера и опирается на исследования того, как стресс передаётся детям. Его главная мысль: часть наших страхов и повторяющихся бед может начинаться не в нашей жизни, а в непрожитом горе родителей, бабушек и дедушек. Подсказку дают слова, которыми человек описывает свой самый сильный страх. Автор называет такие слова одним понятием: ключевой язык. Впереди — истории его клиентов, исследования, их пределы и четыре шага, которые можно пройти самому. Начнём.
Бессонница, которая началась за тридцать лет до Джесси
Джесси было двадцать, а выглядел он на тридцать. Отличник и перспективный спортсмен, он больше года почти не спал, бросил колледж и потерял стипендию. Три врача, два психолога и клиника сна не нашли причину. Всё началось после девятнадцатого дня рождения: он проснулся в 3:30, его бил озноб, и никакие одеяла не согревали. Пришёл страх, которого он раньше не знал: «Если я засну, я больше никогда не проснусь».
Уолинн зацепился за одно слово. Джесси сказал, что он «замерзал». Тогда Уолинн спросил: не было ли в семье беды, связанной с холодом, со сном или с возрастом девятнадцать лет? Джесси вспомнил, что недавно мать рассказала ему о дяде Колине, старшем брате отца. В девятнадцать лет Колин проверял линии электропередачи в снежную бурю на севере Канады и замёрз насмерть. Для него уснуть значило умереть. Семья так горевала, что перестала произносить его имя, и Джесси о нём даже не слышал.
Представь письмо, которое не успели вручить: адресата нет, и почта годами носит его следующим жильцам. Так автор видит непрожитое горе. По его словам, когда беда слишком тяжела, семья от неё закрывается, но осколки чувств не исчезают, а находят того, кто родился позже. Чаще всего они проступают в странных деталях: в возрасте, в котором начался симптом, в слове, которое не подходит к твоей жизни.
Ошибка в том, чтобы искать причину только в собственной биографии. Уолинн замечает, что люди годами разбирают своё детство и не находят ответа, потому что его там нет. Он предлагает другое: прислушаться к своей жалобе как к чужой речи. Когда начался симптом? Сколько тебе было лет? Не случилось ли с кем-то в семье чего-то похожего в том же возрасте?
Для Джесси эта связь стала поворотом. Но, по опыту автора, одного понимания обычно мало. Как Джесси отделил свой сон от судьбы дяди, расскажем позже.
Об авторе
Марк Уолинн — американский специалист по наследственной семейной травме, руководит Институтом семейной констелляции в Сан-Франциско. Больше двадцати лет ведёт семинары и индивидуальные сессии. Учился у Берта Хеллингера.
Все книги автора: Марк Уолинн
Понятия из книги
- ПТСР
- Кортизол
- Нейропластичность
- Центральная серозная ретинопатия: Болезнь глаза, при которой под сетчаткой скапливается жидкость и зрение затуманивается. Автор пишет, что причина его болезни была неизвестна.
- Хеллингер: Берт Хеллингер (1925–2019), немецкий психотерапевт, в прошлом католический священник, автор метода семейных расстановок. Уолинн учился у него.
- Ключевой язык: Понятие автора, а не научный термин: эмоционально заряженные слова, жесты и симптомы, которые, по Уолинну, ведут к непрожитой травме в жизни человека или его семьи.
- Джесси: Клиент автора, страдавший бессонницей. Уолинн изменил имена всех клиентов в книге.
- Колин: Дядя Джесси, старший брат его отца, погибший в девятнадцать лет в снежную бурю.
- Эмори: Университет Эмори, частный исследовательский университет в Атланте, США.
- Ацетофенон: Органическое вещество с цветочным запахом. Автор сравнивает его аромат с запахом цветущей вишни.
- Иегуда: Рашель Иегуда, профессор психиатрии и нейробиологии медицинской школы Маунт-Синай в Нью-Йорке. Изучает посттравматическое стрессовое расстройство и его следы у детей людей, переживших травму.
- Холокост: Уничтожение нацистами около шести миллионов евреев Европы во время Второй мировой войны.
- Эпигенетика: Наука о том, как среда и опыт включают и выключают гены, не меняя саму последовательность ДНК.
- Мансуй: Изабель Мансуй, нейробиолог из Цюриха, изучает, как последствия стресса передаются следующим поколениям у мышей.
- Тодд: Сын клиента автора, мальчик с необъяснимой агрессией.
- Эрл: Отец Тодда, клиент автора.
- Бессознательная лояльность: Понятие из подхода Хеллингера, а не диагноз: неосознанная верность судьбе кого-то из семьи, из-за которой человек повторяет его беды.
- Гевин: Клиент автора, повторивший финансовый крах своего отца.
- Карсон: Клиент автора, пожарный, страдавший паническими атаками.
- Ключевая жалоба: Понятие автора: главная проблема человека, описанная его собственными словами. Первая метка на карте ключевого языка.
- Ключевые описания: Понятие автора: прилагательные и короткие фразы, которыми человек описывает мать и отца. По Уолинну, они выдают невысказанные чувства к родителям.
- Ключевая фраза: Понятие автора: короткое предложение, в котором звучит самый сильный страх человека. По Уолинну, в нём остаётся след непрожитой травмы.
- Ключевая травма: Понятие автора: событие в ранней жизни человека или в истории его семьи, которое, по Уолинну, стоит за его ключевым языком.
- Вопрос-мост: Приём автора: самый сильный страх превращают в вопрос о семье, чтобы найти того, у кого были похожие чувства.
- Генограмма: Схема семейного дерева: мужчин обозначают квадратами, женщин — кружками, а рядом записывают важные события их жизни.
- Дойдж: Норман Дойдж, канадский психиатр и психоаналитик, автор книги о нейропластичности, вышедшей на русском под названием «Пластичность мозга».
Все понятия
Похожие книги
- Маленькие очерки о любви и добродетели, Хэвлок Эллис
- Любовь и брак, Эллен Кей
- Люби себя, не важно, с кем ты, Ева-Мария Цуркур
- Совершеннолетие любви, Эдвард Карпентер
- Размножение в неволе. Как примирить эротику и быт, Эстер Перель
- Мужчины с Марса, женщины с Венеры, Джон Грэй
- Джейн Эйр, Шарлотта Бронте
- Чайка по имени Джонатан Ливингстон, Ричард Бах
Тест по книге
Читать в Livria